20:52 

Ночь в доме Хокаге

Стальнокрылая
Язык мой - меч мой.
Название: Ночь в доме Хокаге
Автор: Стальнокрылая
Фэндом: Naruto
Пэйринг или персонажи: Хаширама/Тобирама
Рейтинг: NC-17
Жанры: Слэш (яой)
Предупреждения: ООС, инцест, изнасилование
Дисклеймер: Кисимото
Размер: Мини
Статус: завершён
Описание: Хаширама недоволен поведением Мадары, но тому хоть бы хны. Хокаге неудобно за друга, а в довершение всего они попадают в щекотливую ситуацию, из которой вместе спешно ищут выход.
Предупреждение: размещён на Фикбуке на моём профиле, так что не сомневайтесь - это моё

Стоя за деревьями, Хаширама наблюдал за братом. Тобирама быстро снимал с себя одежду и бросал рядом, на траву, спеша окунуться в прохладную реку после тренировки. День сегодня был изнуряющим, казалось, жару можно потрогать руками в воздухе, поэтому младший ходил на закрытый полигон, так как под Солнцем делать было нечего.
Хокаге пришёл за Тобирамой и спрятался за дерево, из-за которого сейчас и выглядывал, пытаясь получше рассмотреть младшего.
Избавившись от всей одежды, Тобирама с удовольствием зашёл в воду. Привыкнув к прохладе, он окунулся весь и поплыл мощными гребками к середине реки. Хаширама следил за ним, не отрывая взгляда.
Сенджу-младший несколько раз проплыл вдоль реки и повернул к берегу. У Хаширамы захватило дух от ожидания.
Тобирама вышел из воды. Пышная шевелюра мужчины намокла и висела тяжёлыми светлыми прядями, прикрывая шею, вода с которой бежала вниз по белоснежной коже груди, живота, затем ниже, по бёдрам. Взгляд старшего скользил по телу брата, и возбуждение поднималось в нём мощной волной от живота и накрывало с головой. Абсолютно обнажённое тело брата сверкало в лучах Солнца, которое отражалось в капельках воды, что не позволяло Хашираме отвести взгляда от младшего, заставляло смотреть дальше, следить за каждым его движением.
Старший Сенджу давно заметил, какие чувства вызывает в нём Тобирама. Сначала, когда он только это осознал, они показались ему просто дикими. Разве это хорошо – хотеть собственного брата и представлять его в таком виде, в каком ему, Хашираме, его представлять нельзя? Но со временем он смирился с тем, как теряется при Тобираме, не знает, что сказать при нём, чтобы не выдать себя. Зато смириться с тем, как становится тесно в брюках в его присутствии, было трудней. Да и тёплое чувство в груди, возникающее при появлении младшего, скоро убедило Хокаге, что он любит брата не совсем по-братски. И что это именно любовь - сомневаться не приходилось. Хотелось прижать Тобираму к груди, целовать его, чтобы он прижался тоже и ответил на его чувства, хотелось только самому касаться брата и больше никому этого не позволять.
И поэтому сегодня, идя с речки, стараясь успеть, чтобы Тобирама его не заметил, Сенджу-старший твёрдо решил наведаться к брату ночью.

***

Идя к спальне Тобирамы, Хокаге крался на цыпочках. Он не хотел, чтобы брат проснулся раньше времени. Да и вообще, то, что он собирался сделать, Хаширама не считал совсем правильным, но и держать в себе чувства больше не мог. Он был уверен, что брат его поймёт. Они всегда понимали друг друга с полуслова, и сейчас Хаширама надеялся, что этот случай не станет исключением. Иначе и быть не могло.
Тихонько отодвинув сёдзи, он бесшумно вошёл в комнату, беззвучными шагами шиноби пересёк её и остановился у самой кровати брата. Хокаге осмотрел младшего. Спящий Тобирама был прекрасен. Тело, обычно напряжённое, когда Сенджу-младший бодрствовал, расслабилось, мужчина лежал, раскинув руки. Одеяло по пояс было откинуто, и Хашираме было видно, что брат обнажён. В свете Луны, которая освещала всю комнату, его светлая кожа казалась серебряной. Тобирама был альбиносом, и этот свет только подчёркивал его бледность. Безмятежное выражение лица вызвало прилив умиления у старшего Сенджу, осторожно присевшего с самого краешка кровати.
Хаширама наклонился, придерживая волосы, и поцеловал такие желанные губы брата. Нежными прикосновениями изучал их своими, провёл языком сначала по верхней, потом по нижней и отстранился. Тобирама не проснулся, только помощился и немного повернул голову вбок. Сенджу-старший ещё полюбовался на спящего и прильнул к открывшейся шее. В голове Хокаге мелькнула мысль, что брат может проснуться и начать сопротивляться. Поэтому запястья раскинутых в стороны и согнутых в локтях рук Тобирамы осторожно обвили крепкие растительные побеги, привязав его к кровати. Хаширама, убедившись, что его техника держит надёжно, продолжил изучать шею брата, гладя руками его грудь и живот.
Тобирама заворочался. Хокаге оторвался от своего занятия и взглянул брату в лицо. Тот смотрел на Сенджу-старшего непонимающе, сонным взглядом:
- Ты... ты что, брат?
Глава клана Сенджу улыбнулся и поцеловал его в уголок губ:
- Тобирама. Я люблю тебя.
Ошеломлённый младший дёрнулся, но побеги растений держали его крепко. Он приподнял голову и взглянул на свои руки. Разглядев в свете Луны, что они связаны, он вопросительно посмотрел на брата.
- Это зачем? Развяжи.
- Нет, - улыбнулся Хаширама и склонился над ним, а затем принялся покрывать поцелуями шею. - Я так давно этого ждал.
- Прекрати! - голос Тобирамы сорвался, потому что он понял, что хочет сделать брат. - Хаши, так нельзя, я же брат тебе.
- Ну что я могу здесь? - старший Сенджу заглянул ему в глаза. - Люблю тебя, что теперь? Ты не бойся, я осторожно...
- Ты понимаешь, что ты делаешь?! - крикнул младший. - Остановись, Хаши!
- Нет, - выдохнул Хаширама, оставил лёгкий поцелуй у него на щеке и вновь спустился к шее. Вскоре он перешёл на вздымающуюся от частого дыхания брата грудь. Тобирама задёргался. Хокаге удержал его руками и поймал губами светло-розовый сосок. Теребя губами и языком его, он принялся ласкать рукой другой. Младший глубоко вздохнул. Хаширама не прекратил своих ласк, не обращая внимания на слова брата: "Хватит! Не надо", и заметил, что соски стали твёрдыми. Обрадовавшись реакции Тобирамы, он спустился на живот. Язык старшего принялся выводить узоры на белой коже. У Хаширамы кружилась голова от осознания того, что это происходит, что младший брат сейчас лежит под ним, а он делает то, что долго хотел.
Обведя пупок языком, Сенджу-старший отстранился и откинул одеяло. Обнаружив то, что брат спит, не одеваясь, он обрадовался тому, что не придётся его раздевать. Тобирама сдвинул ноги. Хаширама попытался их раздвинуть, но это было тщетно. Тогда он, ослабив хватку техники, подтащил брата к краю и посадил его на кровати так, что тот опирался на руки, а сам расположился перед ним на полу на коленях. Хокаге с усилием раздвинул ноги младшего, потому что тот брыкался, и тоже связал их техникой.
- Перестань, брат! - слегка покраснев от смущения, Тобирама смотрел на старшего, сидящего между его ног, не веря тому, что тот собирался с ним делать.
Хаширама ласково улыбнулся ему, взял в руки его член и провёл пальцами от основания до головки. Затем он наклонил голову и, не разрывая зрительного контакта с младшим, коснулся губами самого кончика, там, где было отверстие.
- Нет, хватит, - негромко произнёс Тобирама, щёки которого уже пылали, и отвернулся, не в силах смотреть на брата.
Но Сенджу-старший не слушал его. Он высунул язык и принялся ласкать кончик головки языком.
- А...ах, Хаши! - Тобирама выгнулся в спине, запрокидывая голову.
Хокаге довольно улыбнулся и взял в рот всю головку. Брат толкнулся бёдрами навстречу. Хаширама пропустил в рот достоинство младшего Сенджу, насколько мог, и вобрал его наполовину. Одновременно руками он принялся гладить пах брата. Тот стонал, ёрзал на кровати. Хаширама заметил, что член брата затвердел, и двинул головой вверх-вниз. Послышался стон Тобирамы. Довольный Хаширама сделал ещё несколько таких движений, а затем выпустил член изо рта и принялся водить по нему языком. Сначала медленно проводил им от головки до основания, затем обратно, так же медленно, слыша каждый глубокий вздох младшего, наслаждаясь его стонами. Хаширама стал осыпать орган брата поцелуями. Волосы главы Сенджу щекотали пах Тобирамы, доставляя тому ещё большее удовольствие. Тобирама стонал и выгибался навстречу брату. Тот снова вернулся к головке и стал её облизывать. Старший Сенджу видел крепкий напряжённый пресс младшего перед глазами. Язык Хаширамы мелькал быстро, иногда поддразнивая уздечку, от чего его брат стонал и ёрзал всё быстрее, а затем старший вновь взял достоинство Тобирамы в рот и принялся делать быстрые движения головой вверх-вниз, лаская его языком во рту. Тобирама застонал в голос.
- Ах... м-м-м... Перестань, Хаши... - разобрал Хокаге его слова. Он понял, что брат уже на грани, но изо рта его член не выпустил. Вскоре Тобираму накрыл оргазм, а Хаширама, чувствуя, как изливается младший, проглотил всё. Затем он поднял глаза на откинувшегося на локти брата. Тот тяжело дышал, пытаясь прийти в себя.
Сенджу-старший поднялся и уложил младшего на кровать, пока тот не мог внятно сопротивляться, в ту позу, в которой он был раньше. Тобирама удивлённо взглянул на него, а потом почувствовал, что Хокаге разводит ему ноги шире, фиксируя их техникой, и понял, что тот собирается делать.
- Не надо, Хаши. Нет, брат, - замотал головой Сенджу-младший.
- Всё хорошо, Тобирама, - снова улыбнулся Хаширама и достал из кармана какую-то баночку. Он нагнулся, поцеловал брата в губы, затем отстранился и, отвинтив крышку, смочил пальцы в масле. Потом старший Сенджу отставил баночку в сторону, а сам принялся водить гладким от масла пальцем вокруг входа брата. Тот испуганно дёрнулся, но Хаширама удержал его и снова провёл пальцем по сжавшимся мышцам, а затем медленно протолкнул его внутрь. Сильного дискомфорта это у Тобирамы не вызвало и, пошевелив пальцем, старший Сенджу протолкнул в брата другой. Два пальца уже доставляли заметное неудобство, и потому Тобирама поёрзал, невольно пытаясь избавиться от него.
Третий палец младший брат уже воспринял с глухим стоном. Хаширама старался двигать ими плавно, не совершая резких движений, медленно разводил их в стороны. Тобирама терпел это, закусив губу.
Хаширама выпрямился и стал быстро раздеваться. Сложив одежду на пол, он снова взял в руки масло. Когда глава клана Сенджу начал старательно смазывать свой давно возбуждённый член, Тобирама взглянул на него и, увидев эту картину, задрожал, ощутив, как на него накатил страх. Он редко его испытывал, но в этот момент ему стало по-настоящему страшно от того, что делал Хокаге.
Закончив, Хаширама склонился над братом. Волосы старшего, скользнувшие с его спины, защекотали живот Тобирамы.
- Ты дрожишь. Боишься? - Хокаге, пытаясь ободрить младшего брата, улыбнулся ему. - Не бойся меня. Ладно?
Ласково погладив Тобираму по внутренней стороне бедра, Хаширама поцеловал его в то же место. Оглядев брата, раскрытого перед ним, он не удержался от того, чтобы не выразить восхищение.
- Как же ты красив сейчас, - вполголоса произнёс Хокаге, заворожённо разглядывая Тобираму, кожа которого благодаря оттенку казалась мраморной в свете Луны, напряжённые мышцы прорисовывались на сильном теле, а вишнёвые распахнутые глаза не отрываясь, смотрели на него.
Хаширама принялся покрывать его бёдра нежными поцелуями и поглаживаниями рук. Младший брат немного расслабился.
Через некоторое время Хаширама навис над ним. Тобирама, глядя в его тёплые, но решительные карие глаза своими красными, непривычно испуганными, снова начал говорить:
- Хаши, остановись. Не делай этого!
- Прости, но я очень долго хотел, - младший получил от старшего брата мягкий поцелуй в губы. Тобирама дёрнулся снова, но техника держала его, не позволяя встать.
Хаширама приставил свой член ко входу Тобирамы. Тот замер, ощутив руки Хаширамы, ухватившиеся за его бёдра, только грудь младшего вздымалась от глубоких вдохов. Он смотрел в сосредоточенное лицо Сенджу-старшего. Тот склонился, и, оставив поцелуй на его шее, осторожно, но не останавливаясь, придерживая брата за бёдра, вошёл в него до конца.
Громко застонав от боли, когда член вошёл в него полностью, Тобирама выгнулся, отчего прижался грудью к главе Сенджу, зажмурился и часто задышал. Хаширама тут же прижал одной рукой его к себе за талию, а другой опёрся о постель и принялся целовать брата куда доставал - в шею, щёки, ключицы. Хокаге испытывал невероятный восторг от ощущения того, как младший Сенджу, горячий и дрожащий, сжимал его в себе, но он видел, как Тобирама сжал в кулаки связанные руки так, что в ладони впились короткие ногти длинных пальцев.
- Чш-ш-ш, Тобирама, тише, тише, сейчас всё пройдёт. Расслабься, - шептал он в ухо брату между поцелуями. Сенджу-младший опустился обратно на кровать, а Хаширама улёгся на него и принялся гладить по груди, животу, бокам, пытаясь успокоить. Тобирама только часто дышал, сжав зубы. Кричать в голос он не хотел.
- Я тебя люблю, - произнеся это преисполненным нежностью шёпотом, Хаширама хотел поцеловать младшего в губы, но Тобирама отвернулся. Хаширама заметил в уголках глаз брата заблестевшие слёзы и заботливо вытер их ладонью. Наклонив голову, он стал неторопливо целовать Тобираму в шею, слегка покусывая кожу и зализывая места укусов языком.
Понимая, что младшему будет неприятно, Сенджу-старший сделал осторожное движение. С губ брата сорвался стон. Ещё немного подождав, Хаширама снова толкнулся вперёд, и, вновь остановившись на некоторое время, возобновил движения. В медленном темпе он принялся двигаться в Тобираме. Ему стоило больших трудов не сорваться на быструю скорость. Тот стонал, ёрзал, но Хокаге просунул руку между ними и, обхватив рукой член брата, принялся двигать ей вверх-вниз в такт своим толчкам. При каждом толчке Тобирама стонал, но делал это всё тише, привыкая к новым ощущениям и всё больше расслаблялся.
Хаширама входил в брата под разными углами, но, когда тот снова выгнул спину, уже не от боли, а от наслаждения застонав, он понял, что задел простату, и стал наращивать темп, двигаясь под удачным углом.
- Ах, м-м-м...
Тобирама принялся стонать ещё громче, при этом он сам широко раздвигал бёдра навстречу движениям брата. Член младшего в руке старшего снова затвердел. Узкий Тобирама сжимал в себе достоинство Хаширамы почти до боли, даря ему огромное удовольствие. Хокаге еле сдерживался на грани оргазма, опираясь одной рукой о постель, закусив губу, наблюдая, как извивается под ним его брат. Раскрасневшийся, растрёпанный, податливый и такой желанный.
Сенджу-старший уже вбивался в брата, стонов уже не сдерживал никто. Тобирама кончил, когда Хаширама, проведя по его члену рукой ещё раз, немного сжал головку и провёл по самому её концу пальцем. Сам глава Сенджу понял, что не надо ждать, по полному наслаждения стону брата и ощущению чего-то тёплого, попавшего на его живот, а ещё его член сильно сдавили стенки прохода Тобирамы. Ещё раз толкнувшись в младшего, он кончил в него и устало опустился на брата.
Через несколько минут, отдышавшись, Хаширама вышел из Тобирамы, затем улёгся рядом и заглянул ему в лицо.
- Тебе что, не понравилось? - ласково убрав прядь, упавшую младшему на глаза, прошептал Хокаге, видя, что на лице брата не отражается радости.
Тобирама, смотря в потолок, покачал головой из стороны в сторону.
- Развяжи меня, - прозвучал его ровный голос.
Сенджу-старший сразу же убрал технику, связывающую руки и ноги брата. Попробовав подвигать руками, Тобирама понял, что запястья не сильно затекли и резко повернул голову к Хашираме. Рубиновые глаза полыхнули гневом, и в ту же секунду старший Сенджу полетел на пол от сильного удара в челюсть.
Какое-то время Хаширама лежал на полу, осознавая, что случилось и машинально держа руку на том месте, где болела челюсть, а потом приподнялся и взглянул на младшего брата. Тобирама лежал спиной к нему, накрывшись одеялом. Хаширама чувствовал, что он не спал.
Хокаге снова тихо залез на кровать и улёгся позади него. Сенджу-младший не отреагировал на это.
Подождав несколько минут, Хаширама осторожно опустил руку на талию брата. Тот моментально её скинул.
- Тобирама...
- Лучше уйди, - проговорил мужчина, натягивая одеяло ещё выше. Как мог ощущать старший Сенджу, он всё ещё дрожал.
Но Хаширама не послушал. Он подвинулся к брату ближе и опять положил руку туда, куда и раньше, осторожно прижавшись к нему со спины. Теперь Хокаге дышал ему в шею. К его удивлению, Тобирама не стал вновь отталкивать его, а только вздохнул.
- Зачем? - только и услышал Хаширама его тихий вопрос. В голосе Тобирамы были заметны нотки обиды и непонимания. - За что, Хаши?
- Прости меня, брат. Я тебя очень люблю. Это всё из любви к тебе. Я не мог дальше держаться, - Хаширама прижался к нему ещё сильнее и еле ощутимым прикосновением губ поцеловал в шею, отчего младший брат вздрогнул.
Тобирама больше ничего не говорил, но и не отталкивал старшего Сенджу, поэтому тот воспользовался этим и остался. Он лежал рядом и слушал размеренное дыхание брата. Хаширама и сам не заметил, как уснул, думая о том, примет ли младший такую его любовь теперь, когда знает о ней. И он был уверен, что примет.

***

Утро встретило Хашираму лучами Солнца, которые попадали ему прямо на лицо. Сенджу-старший открыл глаза. Лучи вскоре спрятались за облаком, но Хокаге больше не уснул. Пребывая ещё в полусонной дрёме, он оглядел комнату и понял, что находится не у себя. Картины вчерашней ночи тут же всплыли в памяти.
Сенджу-старший глянул на место рядом с собой. Он был один. Когда Хаширама провёл рукой по тому месту, где лежал Тобирама, оно оказалось холодным, значит, брат ушёл давно.
Хокаге сел на кровати и заметил на подушке пятно. Проведя по нему пальцами, он понял, что оно мокрое. Некоторое время Сенджу сидел и оторопевше смотрел на это пятно. "Он что... плакал?" Хаширама был поражён этим открытием. Он никогда не видел своего брата плачущим. Значит, он вчера нанёс ему очень сильную обиду своими действиями. В душе сразу поднялась злость на самого себя. Неужели Хокаге вчера настолько был поглощён своими чувствами, что не посчитался с братом? А ведь Тобирама сопротивлялся. Уговаривал его, взывал к братским чувствам. Хашираме стало очень стыдно за свой поступок.
Сенджу-старший вспомнил глаза Тобирамы - широко раскрытые, блестящие в темноте от возбуждения, чуть приоткрытый рот, негромкие, но чувственные стоны, дрожащее в руках Хаширамы тело, сжимающее в себе возбуждённый член старшего брата. Нет, он не мог просто не испытать этого всего. Сознание, говорившее о том, что он сделал нехорошо, затопляли образы прошедшей в бурной страсти ночи. Сенджу-старшему вспомнилось, как он целовал удивительно нежную кожу шеи брата, ласкал его везде, не упуская ни одного участка совершенного, гибкого тела.
Хокаге тряхнул головой, опомнившись. Тобирама явно обиделся на него за то, что он с ним сделал. Его надо быстрее найти и всё объяснить. Брату не понравилось, потому что он ещё не привык. Или неправильно всё понимает.
Глава клана Сенджу вскочил с кровати и принялся спешно натягивать на себя свои вещи. Тобираму ещё предстояло найти.
Выскочив из дома, Хаширама растерялся. Он не знал, куда мог пойти брат. Сознание подкидывало разные нехорошие мысли, что может сделать человек в таком состоянии, в котором мог находиться Тобирама после всего, что произошло. Хокаге пошёл вдоль улицы, внимательно глядя по сторонам.
- Что случилось?! - услышал он и повернул голову на голос. Оказалось, Сенджу только что чуть не столкнулся с Мадарой, идущим навстречу. Тот внимательно смотрел на него: - Куда так бежишь?
- Ты Тобираму не видел?! - кинувшись к другу, Хаширама схватил его за плечи.
- Видел, - кивнул Учиха, удивлённо воззрившись на него.
- Куда он пошёл?! - с надеждой воскликнул Сенджу. Мадара увидел в его глазах отчаяние. - Быстрее говори, Мадара!
- В сторону реки, - ответил тот и хотел задать следующий вопрос, но Хаширама уже бежал дальше по улице.
Добежав до реки и выскочив на берег, Хокаге остановился.
Тобирама стоял у невысокого обрыва и смотрел на противоположный берег. На небе были тучи, которые придавали воде сероватый цвет. Дул довольно сильный ветер.
Хаширама неспеша спустился к брату. Тот явно заметил его присутствие, но даже не повернул головы в его сторону.
Сенджу-старший нерешительно постоял в нескольких метрах от Тобирамы, а потом, решившись, приблизился к нему. Хаширама, немного поразмыслив, осторожно обнял Тобираму сзади, положив руки ему на живот, а подбородок на плечо, и медленно прижался к его спине.
- Брат...
- Отойди от меня, Хаши, - прервал Хокаге младший.
- Тобирама, - жалобно посмотрел на него Хаширама.
Но Тобирама продолжал изучать взглядом берег и реку.
- Я тебя люблю, - Хокаге шумно вздохнул.
Младший брат помолчал а потом заговорил:
- Хаши, отойди. Я тебя прошу. Не надо этого. Я тебе вчера говорил, чтобы ты выпустил меня. За что ты меня так? То, что ты сделал, это недопустимо... И не прикасайся ко мне больше!
Тобирама передёрнул плечами и выскользнул из рук Хаширамы. Тот продолжал стоять и смотреть на брата.
- Прости, я не хотел такого...
Тобирама повернул к нему голову, внимательно взглянул на брата, и Хокаге увидел его спокойное лицо. Младший брат снова отвернулся.
- Иди домой, - произнёс Тобирама негромко. - Не бойся, я ничего с собой не сделаю.
Хаширама вздохнул и сел на камень, лежащий на берегу.
- Понимаешь, Тобирама, я не мог сдержаться, - произнёс он. - Я тебя так сильно люблю. Я думал, ты поймёшь. Думал, тебе понравится.
Тобирама молчал, но Хаширама был уверен, что тот его слушает.
- И что теперь, родного человека на четвереньки поставить готов из-за того, что не можешь сдержаться? - прозвучал голос младшего брата.
- Ну зачем ты так, Тобирама? - мягко спросил Хокаге. - Я осторожно, я же люблю тебя.
- Я не понимаю такую любовь.
Старший брат опустил голову. Казалось, воцарилась абсолютная тишина, хотя от ветра шумели деревья и тихо журчала вода.
- Скажи, ты сможешь меня простить?
Сенджу-старший и Сенджу-младший молча смотрели на реку. Хаширама ждал ответа брата, внутренне напрягшись.
- Может быть, когда-нибудь, - наконец отозвался Тобирама.
Он повернулся спиной к реке и взглянул на брата так спокойно, что тот ошарашенно хлопнул глазами. Однако во взгляде брата Хаширама всё же заметил некое тепло, от чего он подумал, что тот всё-таки тоже любит его. Любит как брат, это он уже понял, но это уже немало.
Затем Тобирама быстрым шагом направился обратно в деревню. Постояв на берегу, Хаширама вздохнул и пошёл в деревню следом за братом.

@темы: фанфик, Хаширама/Тобирама, Хаширама, Тобирама, Сенджу

Комментарии
2015-05-17 в 21:42 

Юный Касталиец
Ненавижу неумелый пафос. Любишь пафос - умей его© принц
закатайте под море, пожалуйста ><

2015-05-17 в 21:54 

Стальнокрылая
Язык мой - меч мой.
Юный Касталиец, да-да, конечно. Я сама сейчас ужаснулась, ведь все нормально сделала.
грёбаный модем!

   

Союз Веера и Вилки

главная